ФОРМЫ И ТРАНСФОРМАЦИИ НАРЦИССИЗМА
Хайнц КОХУТ
ФОРМЫ И ТРАНСФОРМАЦИИ НАРЦИССИЗМА
Перевод с немецкого © К.П. Лисицына, 2025 г.
Хотя в дискуссиях о теории нарциссизма либидинозная оккупация самости в случаях болезненной или даже еще не поврежденной психики обычно не оспаривается, возникает тенденция поскорее покинуть поле этой теории или рассматривать ее с пристрастно-негативной оценкой. Этот предрассудок основывается на том, что нарциссизм противопоставляется любви к объекту, и такое противопоставление подкрепляется утверждением, будто нарциссизм – это примитивная и недостаточно подходящая для адаптации форма распределения либидо. Однако я считаю, что это совершенно не так, и что недопустимо вести разговор об объективной характеристике нарциссизма, как ступени развития, или о его ценности для приспособления, под столь ощутимым влиянием альтруистической системы ценностей западной культуры. То, что служит основанием для этой оценки, может, хоть ограниченно, но отразиться на нашей клинической практике. Это может пробудить в психотерапевте желание намеренно заменить у пациента нарциссическую позицию на позицию любви к объекту, что часто принимают за продуктивное стремление прорваться к архаической «дремучей личности» пациента и трансформировать нарциссизм, по-другому распределив нарциссическое либидо между примитивными душевными структурами. В плане теории это сообщение о нарциссизме вносит свой вклад в проблематику здоровья, приспособления и достижений, что ранее рассматривалось не слишком подробно3. Объяснением служит то, что исследование относительной «тишины» нарциссизма при душевном равновесии, естественно, менее результативно, чем исследование «шумного состояния» при нарушениях психического здоровья. Нарушение душевного равновесия, которое мы называем «нарциссическим заболеванием», кажется, открывает особенно многообещающий доступ к проблеме нарциссизма не только потому, что оно так часто встречается в широком спектре нормальных и ненормальных психических состояний, но также потому, что оно обычно узнается легче в болезненном аффекте смущения и стыда, который его сопровождает, с дальнейшим внутренним преобразованием в чувство неполноценности или в уязвленную гордость.